fbpx

Как живут настоящие московские дети-актеры? (часть 2)

О детском шоу-бизнесе:

Гюльнара: Сейчас в детском шоу-бизнесе такая ситуация, что делать из своего ребенка одиночную звезду нет смысла. На это нужны очень большие деньги, а результата, в сущности, не будет. Да, это поднимет самооценку и ребенку и родителю, но родителям в какой-то момент это может надоесть, а ребенку нужно будет как-то дальше жить. 

Ольга: Мы «глотнули» ансамблей. У меня патологическое чувство ответственности, которые я стараюсь привить сыну. Когда речь идет о нескольких людях, нескольких детях и родителях — просто невозможно скоординироваться так, как я считаю правильным. Возможно, это просто не по моему темпераменту и не по моему чувству ответственности. В одном коллективе я заметила, что есть номера, которые строятся полностью на Богдане. Я вкладываю большие усилия, Богдан старается, а 10 человек идут «прицепом». Пусть лучше в тот отрезок времени, что он работает, он будет отвечать только за себя. 

О школе и учебе:

Ольга: В школе мы не пропускаем уроки. У него нет никаких проблем с учителями, на данный момент он учится с одной четверкой. Богдан учится в испанском лицее, который занимает девятое место в рейтинге школ по Москве. Учителя в этой школе не понимают, что такое творческий ребенок, они просто не хотят об этом слышать. Они пользуются этим, когда нужно защитить честь школы на каком-то событии, но при этом его никуда не отпускают надолго и если Богдану нужно уехать на гастроли, мы берем программу вперед и возвращаемся с самостоятельно выученным материалом. Поэтому получается, что он не отстает от школьной программы.

Я не видела ни одного ребенка в здравом уме, который хотел бы учиться. Мы договорились, что я разобью голову в кровь, чтобы у него было то, что он хочет. Я работаю на его «хочу», а он признает то, что образование — это данность, которую нужно принимать и заниматься ей. Иначе я просто перестаю все это делать. Иногда, когда ситуация с учебой немного выходит из под контроля, я пугаю его, что объявляю кастинг и на его место придут сто мальчиков. Я могу это сделать и он это знает. Пока что работает.

О справедливости:

Гюльнара: Когда нам в коллектив звонят и говорят, что нужен ребенок, мы везем всех детей, подходящих по требованиям, а не только Настю. Кастинг она всегда проходит на общих основаниях, иначе у Аллы не будет здорового коллектива. Сейчас 14 песен коллектива крутятся на детском радио и все они занимают строки в хит-параде. Но ни одна из песен не записана Настей, хотя она и умеет петь.

О детских конкурсах:

Ольга: Одно дело тренировать произведение дома, а другое — на сцене. Больше смысла в конкурсах я не вижу, это просто опыт нахождения на сцене. К тому же есть государственные конкурсы, где можно действительно получить полезный опыт, а есть «Голос», который к таланту не имеет никакого отношения. Поэтому лучше относиться к конкурсам как к площадке выхода к зрителям, тем более, что таких площадок для детей не очень много.

О деньгах и гонорарах:

Ольга: Богдан не получает денег из своих гонораров, но если он просит что-то купить, то мы покупаем. Некоторое время назад он попросил PS4, родственники ему подарили на день рождения — теперь она стоит для успокоения его души, но играть ему некогда, нас почти не бывает дома. В плане гонораров нам повезло, хотя мне приходится иногда отстаивать его интересы. В вопросах оплаты работы очень многое зависит от родителей: когда деньги будут выплачиваться, в каком виде и даже сама сумма. Ребенок сам не справится с такими переговорами. Бывает так, что детям не хотят платить репетиционные деньги, приходится идти и разговаривать на эту тему. 

О работе несовершеннолетнего по закону:

Ольга: Он работает больше четырех часов в день, хотя несовершеннолетним это не положено по закону. У нас есть официальная бумага, мы писали в органы опеки заявление все втроем: папа, мама и Богдан, где просили разрешить ему работать более четырех часов. Опека разрешила. 

О зависти:

Богдану очень сильно завидуют. Я могу сказать, что мне повезло — он не понимает этого. Для него вся планета — друзья, а я вижу причины поступков людей вокруг него, но не говорю ему об этом. Со временем он сам все поймет, а сейчас не стоит погружать его в эти дрязги. 

О работоспособности:

Ольга: Он может написать несколько контрольных работ в школе, отсидеть шесть уроков, я его забираю, он ест в машине, переодевается, мы приезжаем в музыкальную школу. Там мы сдаем экзамен по фортепиано, после чего у нас есть час до начала следующего концерта, за который Богдан успевает сделать уроки по математике и русскому, потому что позже математика не будет идти в голову. Дальше он отыгрывает концерт, мы возвращаемся домой, он делает уроки по английскому и испанскому, так как они получаются легче всего. В этот момент приблизительно без пятнадцати двенадцать и он говорит, что идет спать. Я бы сдохла. 

О будущем:

Ольга: Что дальше, когда Богдан вырастет из своих ролей? Ну, нам же рекомендуют чаще бывать в музыкальной школе. У него есть джазовые концерты, мы как раз займемся ими и наверстаем все, чего не хватает. Не знаю, буду ли я помогать ему найти новые роли после работы в МОГТЮЗе и будет ли театр в его жизни. Пусть он сам пойдет своей дорогой, которую выберет. 

Алла: Отношение к будущему Насти у меня серьезное. Если она будет хорошо учиться в школе, будет умненькой девочкой, то поступит на нормальную профессию и станет юристом, доктором. А если она будет дурой, то пойдет в артистки. 

Поделиться ссылкой:


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *