история
Как французских актеров выгоняли из театров во время войны 1812 года
Вкусы придворной аудитории, прежде всего симпатии Александра I, склонялись к французской комической опере и водевилю. В специальных журналах даже сохранились записи о том, как он ездил на закрытые эрмитажные спектакли французской труппы.
Вообще в Петербурге того времени существовало четыре «национальные» оперные труппы: немецкая, итальянская, французская и русская.

Французскую при дворе особенно любили, давали ей лучшие помещения и костюмы, которые значительно превосходили по роскоши парижские и венские. Правда, если французская труппа не получала финансовой поддержки от императора, ее выступления терпели крах, вплоть до отмены гастролей. Но надеялись и ехали в Россию все.

Я не знаю, для чего русские еще по сию пору имеют так мало ко всему своему патриотизма; дурное иностранное ценят наравне или свыше хорошего русского. Анонимный рецензент. «Московский курьер».
Примечательно, что спросом у публики пользовались самые идиотские произведения. Попытки поставить что-то внятное, типа Дон Жуана или Медеи вызывали кислые лица. Восторженный прием аудитории вызывали произведения «одно другого глупее и нелепее».

Во времена первых столкновений с Наполеоном, французскую труппу никто не трогал. Более того, в тех произведениях, которые они играли, восхваление императора считалось вполне допустимым (да что мы знаем о толерантности, смотрите-ка).
Вкусы публики, которая посещала русский и французский театры сильно отличалась. Часто те спектакли, которые жутко нравились «французским» зрителям после перенесения на «русскую» сцену быстро снимались с репертуара и наоборот. Можно говорить о том, что в Петербурге тех лет каждый мог найти театр по душе, разнообразие позволяло выбирать и влюбляться во что-то. Правда, «обмены» артистами тоже случались, на французской сцене Петербурга часто выступали русские певицы и балерины.

Увы, в конце 1812 года французская оперная труппа столицы (мы сейчас про Петербург говорим) прекратила свое существование. Зрители откровенно выплескивали ненависть к французам на артистов, поэтому последних попросили технично оставить и Петербург, и Москву.

18 ноября 1812 года Александр I направил директору императорских театров А.Л. Нарышкину рескрипт (письмо монарха с благодарностью или объявлением о награде), в котором было сказано: «... По настоящим обстоятельствам находя французскую труппу ненужною, повелеваю всех актеров и актрис как по здешнему, так и по московскому театрам оную составляющих из службы моей отпустить, удовлетворив их по настоящее число жалованием».

Решение было вполне логичным, потому что незадолго до этого туда совсем перестали ходить знатные люди, чтобы не навлекать на себя гнев народа и самый посещаемый театр совсем опустел.

Александр I выдворял французов тактично — всем раздали пряники и пожелали счастливого пути. Один из журналов так и написал в те дни на обложке «Желаем счастливого пути без возврату».

Журналисты вообще уже тогда отличались типичным российским ура-патриотическим цинизмом:

Не трудно угадать, что скажут парижские газеты об увольнении французских актеров при петербургском и московском театрах. Они, без сомнения, найдут в этом доказательство, что Россия впадет в варварство. Как можно быть просвещенным, не видя французских скоморохов! «Сын отечества», 1812 год.

Прям такое ощущение, что мы это вчера читали, да?

Вот так закончилась история самостоятельной французской оперной труппы в России. Но нам это пошло на пользу и наш театр начал развиваться сам. Куда ж ему было деваться.

Made on
Tilda